Эпиграфы, планы и аннотации к школьным сочинениям. Много информации для рефератов, курсовых, контрольных и просто для себя. Статьи, расположенные на проекте написаны разными людьми
Первый в России социально-психологический и философский роман затрагивает важнейшие вопросы вопросы.
Социальные: судьба современного поколения, война на Кавказе, бесцельность существования, непонимание между людьми различных поколений и социальных слоев, падение нравов. Измельчание личности.
События 1917 г. поставили футуристов сразу в особое положение. Они приветствовали Октябрьскую революцию как разрушение старого мира и шаг к тому будущему, к которому они стремились. «Принимать или не принимать? Такого вопроса для меня (и для других москвичей-футуристов не было). Моя революция. Пришел в Смольный. Начал работать», – писал В. Маяковский в Автобиографии.
...Любовь выскочила перед нами, как убийца выскакивает из-за угла, и мгновенно поразила нас сразу обоих... М. Булгаков Любовь — высокое, чистое, прекрасное чувство, которое люди воспевали еще с античных времен. Любовь, как говорится, не стареет. Если возводить некий литературный пьедестал любви, то, несомненно, на первом месте окажется любовь Ромео и Джульетты. Это, пожалуй, самая красивая, самая романтичная, самая трагическая история, которую поведал читателю Шекспир.
Северянин первым в России, в 1911, назвал себя футуристом, прибавив к этому слову другое – «эго». Получилось – эгофутуризм. («Я-будущее» или «я в будущем»). В октябре 1911 в Петербурге был организован кружок Ego, в который, кроме Северянина, вошли Г. Иванов, К. Олимпов (К. Фофанов), Грааль – Арельский. В январе 1912 кружок был преобразован в «Академию Эго поэзии». Из-за внутренних распрей, главным образом между Северяниным и Олимповым, «Академия» в конце 1912 распалась. На страницах журнала «Гиперборей» Северянин объявил о своем выходе из всех групп: «…находя миссию моего Эго-Футуризма выполненной, я желаю быть одиноким, считаю себя только поэтом, и этому я солнечно рад».
В России футуризм на первых порах проявился в живописи, а только потом – в литературе. Художественные поиски братьев Давида и Н. Бурлюков, М. Ларионова, Н. Гончаровой, А. Экстер, Н. Кульбина и др. стали предысторией русского футуризма (хотя само слово до 1911 по отношению к явлениям русского искусства не употреблялось).
Учитывая общественно-политическую ситуацию в России, зерна футуризма упали на благодатную почву. Именно эта составляющая нового течения была, прежде всего, с энтузиазмом воспринята русскими кубофутуристами в предреволюционные годы. Для большинства из них «программные опусы» были важнее самого творчества.